Одним из аргументов, которые в последнее время выдвигаются сторонниками взгляда на Московское Царство как антинациональное, антирусское государство является факт пожалования русских городов служилым Чингисидам. При этом подразумевается, что русское население таких городов оказывалось в полной власти татар, которые могли с ним делать все, что им ни заблагорассудится. В действительности дело обстояло совершенно по-другому. Условия подобных пожалований строго оговаривались и оформлялись особыми юридическими документами – «шертными грамотами».

Судя по описи русского царского архива, в XVI в. в нем хранились «грамоты шертные городетские Нордоулатова царева, и Салтангаева, и Зенаева, и Шахъавлиярова, и сеитов, и князей городетских – а всех грамот 9» (т.е. документы вассальных татарских правителей Городца Касимова в Мещере), а также «грамоты Магмед-Аминевы, как на Кошире был, Абдыл-Летифовы, как был на Юрьеве и поручная ево ж, и запись шертная, и новая Абде-Летифова, как ему дал князь велики Коширу» (Государственный архив России XVI столетия. Опыт реконструкции. М., 1978. Вып. 1. С. 39, 52). Отсюда можно заключить, что оформление шертной грамоты было обязательным условием пожалования служилого татарского правителя городом на Руси.

До наших дней дошел только один из таких документов – шерть, данная в 1508 г. царевичем Абдул-Латифом, сыном казанского хана Ибрагима, которому Василий III пожаловал город Юрьев. Уже В.В. Вельяминов-Зернов установил, что ее основные положения восходят к образцу подобных грамот, которые заключались с касимовскими ханами (В.В. Вельяминов-Зернов. Исследование о касимовских царях и царевичах. СПб., 1863. С. 207-209, 280, 281). Из этого следует, что текст шерти Абдул-Латифа является стандартным и свидетельствует о содержании всех остальных подобных грамот, не дошедших до нас.
В предисловии к документу говорится, что «князь великий… даетъ царю Абдылъ-Летифу городъ Юрьевъ зъ данью и со всеми пошлинами». Собственно, в этом и заключается весь смысл пожалования – служилый татарский царевич получает с города деньги на содержание себя и своих воинов, с которыми он обязуется воевать против врагов Руси. Никакой власти над населением города ему не предоставляется. Особо оговаривается запрет на насилие над жизнью или имуществом русских людей. Татары, которые это условие нарушают, подлежат бессудному убийству на месте преступления. Как отмечает по этому поводу А.Л. Хорошкевич, «на Руси регламентировались почти все стороны деятельности и жизни выходцев из Крымского и других ханств и орд. Целью регламентации было сохранение в неприкосновенности основ внутреннего развития страны, сокращение до минимума вмешательства крымских и ордынских выходцев в ее внутреннюю жизнь, гарантия неприкосновенности имущества коренного населения» (А.Л. Хорошкевич. Русь и Крым. От союза к противостоянию. М., 2001. С. 295).

А се грамота шертная, на которой далъ шерть Абдылъ-Летифъ царь, после того, какъ ему князь великий далъ городъ Юрьевъ, какъ ему быти у великого князя на Юрьеве. Язъ Абдылъ-Летифъ царь, далъ есми роту брату своему, великому князю Василью Ивановичю всеа Русии, и его детемъ, своей братье, съ своими уланы и со князми и со всеми съ нашими казаки на томъ: хто будетъ тебе великому князю Василью и твоимъ детемъ другъ, и то и мне другъ; а хто будетъ вашъ недругъ, ино и мне недругъ; а мне съ своимъ братомъ ни съ кемъ мир не взяти, ни ссылатися безъ вашего веленья. А отъ которого отъ моего брата отъ царя, или отъ кого ни буди, приедатъ ко мне человекъ съ какими речми ни буди, или зъ грамотою, и мне то сказати вамъ по сей роте въ правду, безъ хитрости, и того человека, хто ко мне приедетъ, назадъ не отпустити безъ вашего веленья. А хотети мне тебе великому князю Василью и детемъ и всему вашему хрестьянству и всемъ вашимъ землямъ добра, где ни буди. А съ королемъ ми съ полскимъ съ Жигимонтомъ и съ великимъ княземъ литовскимъ и съ его детми, или хто иной будетъ государь на Полской земле и на Литовской земле и съ ихъ детми, также и съ теми князми, которые на нихъ смотрятъ, намъ другомъ не быти и не пристати намъ къ нимъ никоторыми делы и не ссылатись намъ съ ними ни человекомъ, ни грамотами, никоторою хитростью, ни уланомъ ни княземъ нашимъ съ ними не ссылатись, ни нашимъ казакомъ. А кого къ намъ пришлетъ король полской и великий князь литовский, или хто ни буди изъ Полские земли и изъ Литовские земли пришлютъ къ намъ съ какими речми ни буди, или зъ грамотами, и намъ того не отпустити, изымавъ его, да къ тебе великому князю и къ твоимъ детемъ послати, а о томъ намъ вамъ сказати по той роте, съ чемъ къ намъ пришлютъ. А которые грамоты къ намъ пришлютъ, и намъ те грамоты къ вамъ послати. Также намъ и съ иными вашими недруги ни съ кемъ, кто ни буди вамъ недругъ, не ссылатися никоторыми делы, никоторою хитростью, и не приставати мне къ нимъ и другомъ имъ не быти никоторыми делы, а быти мне на всякого твоего недруга съ тобою съ великимъ княземъ везде заодинъ. А что намъ, слышевъ о вашемъ добре, или о лихе и о всемъ вашемъ хрестьянстве, о всехъ вашихъ земляхъ отъ кого ни буди, то намъ вамъ сказати по той нашей роте въ правду, безъ хитрости. А куды пойду съ тобою на твое дело, или куде меня пошлешь на свое дело съ своею братьею, или съ своими людми, или куде одного меня пошлешь на свое дело, и мне Абдылъ-Летифу и моимъ уланомъ и княземъ и казакомъ нашимъ, ходя по вашимъ землямъ, не имать и не грабить своею рукою ничего, ни надъ хрестьяниномъ ни надъ какимъ не учинити никаковы силы; а хто учинитъ надъ хрестьянскимъ богомолствомъ, надъ Божиею церковию, каково поругание, или надъ хрестьянствомъ надъ кемъ ни буди учинитъ какову силу, и мне за того за лихого не стояти, по той роте его выдати. А хто его надъ темъ насилствомъ убьетъ, въ томъ вины нетъ, того для мне роты не сложити. А кого ми слати на Москву къ тебе къ великому князю и къ твоимъ детемъ своихъ пословъ, и имъ ездити отъ Юрьева города, также и съ Москвы къ Юрьеву по ямомъ, а кормъ имъ даютъ на ямехъ ваши ямщики, посмотря по людемъ и по конемъ. А кто поедетъ нашихъ людей торговлею, или своимъ деломъ, а не къ тебе къ великому князю, а те ездятъ, кормъ себе купятъ, а у людей силою корму не емлютъ; а кто почнетъ силою кормъ имати и подводы своею рукою, посолъ ли, не посолъ ли, а кто его надъ темъ убьетъ, в томъ вины нетъ. А кого пошлете вы своихъ пословъ въ которую орду ни буди, или ордынского посла отпустите, посолъ ли пакъ къ вамъ пойдетъ отъ которого царя, или отъ царевича, или гости бесермена, или гости ваши пойдутъ торгомъ отъ васъ, или къ вамъ пойдутъ, и мне Абдылъ-Летифу царю и моимъ уланомъ и княземъ и нашимъ козакомъ техъ не имати, ни грабити, отпущати ихъ доброволно. А кто побежитъ русинъ изъ орды изъ которые ни буди, а прибежитъ на наши казаки, и нашимъ казакомъ техъ людей не имати, ни грабити, отпущати доброволно въ ваши земли. А что у васъ Янай царевичь въ городке въ Мещерскомъ, и Шихъ-Авлиаръ царевичь въ Сурожике, или иной царь или царевичь будетъ у васъ въ вашей земли, и мне Абдылъ-Летифу царю имъ лиха никакова не мыслити, ни чнити, ним моимъ уланомъ, ни княземъ, ни казакомъ нашимъ всемъ. А отъ нихъ мне ихъ улановъ и князей и казаковъ всехъ не приимать, хотя которые уланы и князи и казаки отъ нихъ отстанутъ и пойдутъ въ орду и въ Казань, или инуда, а захотятъ ко мне, и мне ихъ и оттоле къ себе не приимати. А Янаю царевичю и Шихъ-Авлиару царевичю мне Абдылъ-Летифу царю лиха не мыслити, ни чинити никакова, ни моимъ уланомъ, ни княземъ, ни казакомъ всемъ; и отъ меня имъ къ себе моихъ улановъ и князей и казаковъ техъ не приимати, хотя которые уланы и князи и казаки отъ меня отстанутъ, пойдутъ въ Орду и въ Казань или инуда, а захотятъ къ нимъ, и имъ ихъ оттоле къ себе не приимать. А где пойдемъ на ваше дело съ вами вместе, или съ вашею братьею, или опроче васъ или улановъ и князей и казаковъ своихъ отпустимъ, или казаки наши куды пойдутъ на поле, или промежъ насъ и промежъ нашихъ улановъ и князей и казаковъ не быти лиху никоторому нигде. Также ми отъ васъ татаръ не приимати, а вамъ отъ меня людей не приимать, опричь Ширинова роду и Баарынова и Аргинова и Кипчакова. А въ Казань и на Казанские места мне своихъ людей безъ вашего ведома воевати не посылати ни съ конми, ни въ судехъ, а войны не замышляти. А что ты князь великий Василей Ивановичь всеа Русии, братъ мой, далъ мне въ своей земле городъ Юрьевъ, и мне отъ тебя изъ твоей земли вонъ не идти никуда безъ твоего веленьа и быти мне Абды-Летифу царю послушну во всемъ тебе великому князю Василью Ивановичю всеа Русии. А на томъ на всемъ, какъ въ сей грамоте писано, язъ Абды-Летифъ царь тебе брату своему, великому князю Василью Ивановичю всеа Русии, и твоимъ детемъ, своей братьи, съ своими уланы и съ князми и съ всеми нашими казаки крепко шерть дали есмя, что мне Абды-Летифу царю правити тебе великому князю Василью Ивановичю всеа Русии во всемъ по тому, какъ въ сей грамоте писано, по сей нашей шерти, и по той нашей шерти, что есмя тебе дали шерть на записи, и по той шерти, что дали тебе шерть царевы Минли-Гиреевы послы, Магмедша князь съ товарищи, въ правду, безъ всякие хитрости. Писанъ на Москве, лета 7017 (1508), декабря 29.

Сборник Императорского Русского исторического общества. Т. 95. СПб., 1895. С. 49-51


Материалы любезно предоставлены [livejournal.com profile] aquilaaquilonis
В разговоре с евразийцами вы среди прочего обязательно услышите от них о том, что русский великий князь Александр Ярославич Невский был приёмным сыном монгольского хана Батыя и/или побратимом его сына Сартака, и именно этому союзу Русь обязана своим спасением от «западной крестоносной агрессии». В случае просьбы как-то обосновать это вам будет дана ссылка на труды Льва Гумилёва. В них мы действительно находим подобное утверждение. Впервые оно встречается в вышедшей в 1970 г. книге Гумилёва «Поиски вымышленного царство», которую предваряет выразительное посвящение «Братскому монгольскому народу»:

У древних монголов бытовал трогательный обычай братания. Мальчики или юноши обменивались подарками, становились андами, назваными братьями. Побратимство считалось выше кровного родства; анды – как одна душа: никогда не оставляя, спасают друг друга в смертельной опасности. Этот обычай использовал Александр Невский. Побратавшись с сыном Батыя, Сартаком, он стал как бы родственником хана и, пользуясь этим, отвёл многие беды от русской земли.
Л.Н. Гумилёв. Поиски вымышленного царства. М, 1970. С. 382

Отметим бытующий у неоевразийцев трогательный обычай не обосновывать свои утверждения не только ссылками на исторические источники, но и вообще какими-либо аргументами, прекрасно иллюстрируемый приведённой цитатой из их духовного отца.
Вопрос побратимства Гумилёв вновь поднимает в книге «Древняя Русь и Великая степь», увидевшей свет в 1989 г., из которой ясно, что его взгляды на данную тему претерпевали определённые изменения:

В 1251 г. Александр приехал в орду Батыя, подружился, а потом побратался с его сыном Сартаком, вследствие чего стал сыном хана и в 1252 г. привёл на Русь татарский корпус с опытным нойоном Неврюем. Андрей бежал в Швецию, Александр стал великим князем, немцы приостановили наступление на Новгород и Псков.
Л.Н. Гумилёв. Древняя Русь и Великая степь. М, 1989

Итак, из скромного «как бы родственника» Александр Невский с течением времени превращается под гумилёвским пером в полноценного «сына хана», а отведение им многих бед от русской земли принимает форму приведения на Русь татарского войска. Однако, как и в первом случае, какие-либо ссылки на исторические источники или аргументация напрочь отсутствуют. Удивлять нас это не должно, потому что ни один письменный памятник не содержит упоминаний о побратимстве Александра Невского с Сартаком и/или его усыновлении Батыем или хотя бы намека на подобные отношения.
Означает ли сказанное, что данной историей мы целиком обязаны необузданному воображению Льва Николаевича? – По всей видимости, нет, потому что начало её развития можно найти в романе Алексея Югова «Александр Невский», представляющем вторую часть исторической дилогии «Ратоборцы». Роман был написан в 1944-1948 гг., а полностью опубликован впервые в 1949 г. В нём престарелый Батый безуспешно пытается уговорить Александра Невского стать его приёмным сыном после возвращения Александра и Андрея Ярославичей в 1249 г. из поездки в Каракорум:

- Эх, Искандер, Искандер!.. – произнёс вслед за тем старик, сокрушённо качая головою. – Почему ты не хочешь сделаться сыном моим, опорой одряхлевшей руки моей и воистину братом сына моего, Сартака! Он слаб. В нём страшатся только моего имени. Ему хорошо с тобою и спокойно было бы!.. И я приложился бы к отцам своим успокоенный, ибо я уже видел сон, знаменующий близость смерти. Согласись, Искандер!..
- Вот согласись только, – и пред курултаем всех князей и нойонов моих и пред всеми благословенными ордами моими я отдам тебе в жёны душу души моей, дочерь мою Мупулен!.. И пред всеми ими то будет знак, что это ты, возлюбленный зять мой и наречённый сын, а не кто иной, приемлешь после меня и улус мой. Ты возразишь: «А Сартак?» Он знает и сам, сколь мало способен он двинуть народ свой и подвластные ему народы туда, на Запад, чтобы довершить пути отца своего. Он страшится того дня, когда он осиротеет и его самого подымут на войлоке власти… После моей смерти ты, ставший моим зятем, дай ему хороший улус. И только. И это все, в чём ты должен поклясться мне!
Алексей Югов. Собрание сочинений. Т. 3. Ратоборцы. Эпопея в двух книгах. Книга вторая. Александр Невский. М., 1985. С. 317, 318

Автор художественного произведения имеет полное право домысливать обстоятельства жизни своего героя, не отражённые в исторических памятниках. Желательно при этом, чтобы подобное домысливание не оказывалось в резком противоречии с тем, что нам известно из дошедших до нашего времени источников. Изображённый Алексеем Юговым частный разговор между Батыем и Александром с изложением неосуществившихся пожеланий монгольского хана находится полностью в рамках допустимого в историческом романе. В то же время совершенно недопустимыми являются попытки представить в качестве исторического факта развитие художественных фантазий писателя-беллетриста, которые мы наблюдаем со стороны Льва Гумилёва и его евразийских последователей.

Материалы любезно предоставлены [livejournal.com profile] aquilaaquilonis
Несмотря на идеологические и религиозные разногласия с [livejournal.com profile] smelding, я считаю важным перепостить его статью, посвящённую слову, обозначающему национальность, в связи с тем, что очень и очень многие русофобы (всевозможные украинствующие, евразийствующие и несть им числа) повторяют устойчивый стереотип, гласящий буквально "московиты = нерусские" (или несколько в иных вариантах).

Новгородцы:
Оже емати скот варягу на русине или русину на варязе, а ся его заприть, то 12 мужь послухы, идеть роте, възметь свое

Тверитянин:
А в том в Чюнерѣ ханъ у меня взял жеребца, а увѣдал, что яз не бесерменянин — русинъ.

Москвичи:
Погании же бежаще кричаху, глаголюще: «Увы нам, честный нашь царю Мамаю! Възнесе бо ся высоко — и до ада сшел еси!» Мнозии же уязвении наши, и те помагаху, секуще поганых без милости: един русин сто поганых гонить.


Данная статья будет по мере поступления новых данных видоизменяться и дополняться.
Теперь о "переезде Орды в Москву" :)

То, что вы написали - чистой воды лёвогумилятина вроде побратимства Сартака и Александра. Ни в каком документе нет сведений о выезде в Москву монгольской аристократии.

Татарские выходцы массово начинают появляться в Москве гораздо позже – в начале пятнадцатого века, когда полным ходом идет процесс дезинтеграции Золотой Орды. В основном они пополняют ряды мелкого служилого дворянства. Их потомки выплывают на поверхность только при Петре, реформы которого резко повысили вертикальную мобильность общества.

Да, некоторые крупные татарины в 15-17 веках охотно держались на московском дворе в качестве постоянных клиентов – тут можно вспомнить специально созданное для таких больших шишек вассальное Касимовское царство, где великие князья и цари держали и воспитывали возможных кандидатов на вакантные престолы Орды. В одном случае принц Худайкул (Петр) стал зятем великого князя, в другом принц Саин-Булат (Симеон) играл роль декоративного заместителя царя. Иногда татарских правителей назначали номинальными командующими московскими армиями (например, Шиг-Алея Казанского) – это было полезно, потому что давало возможность прекратить разборки между боярами вокруг командных постов, да и позволяло привлечь татарские контингенты в армию. Цари также любили использовать татарских клиентов для церемониала, но при всем внешнем почете – как проницательно замечает подьячий Г.К.Котошихин – реальной власти обычно им в руки не давали:

"Да в царском ж чину царевичи Сибирские, Касимовские, крещены в християнскую веру. Честию они бояр выше; а в думе ни в какой не бывают и не сидят, потому что государства их и они сами учинилися в подданстве после воинского времени, невдавне, да и не обычай тому есть; такъже и опасение имеют от них всякое. А служба их такова: как на празники идет царь кь церкве, и они его ведут под руки, да на всякой день бывают пред царем на поклонении (т.е их роль ничем не отличалась от роли, например, Федора Ростиславича в Орде)."

Котошихин позволяет нам бросить взгляд на внутренне ядро московской власти, те боярские кланы, которые реально правили страной рядом, а часто и вместо царя:

"Прежние болшие роды, князей и бояр, многие без остатку миновалися. Ныне ж по тех родах роды, которые бывают в боярех, а в околничих не бывают: князей Черкаских, князей Воротынских, князей Трубетцких, князей Голицыных, князей Хованских, Морозовых, Шереметевых, князей Одоевских, князей Пронских, Шеиных, Салтыковых, князей Репниных, князей Прозоровских, князей Буйносовых, князей Хилковых, князей Урусовых. Роды ж менши тех, которые бывают в околничих и в боярех: князей Куракиных, князей Долгоруковых, Бутурлиных, князей Ромодановских, князей Пожарских, князей Волконских, князей Лобановых, Стрешневых, князей Борятинских, Милославских, Сукиных, Пушкиных, Измайловых, Плещеевых, Лвовых."

Если рассмотреть происхождение этих олигархов, то татарский элемент в их списке окажется минимальным:

князья Воротынские, Одоевские, Пронские, Репнины, Прозоровские, Буйносовы, Хилковы, Долгоруковы, Ромодановские, Пожарские, Волконские, Лобановы, Борятинские и Львовы – Рюриковичи;

князья Трубецкие, Голицыны, Хованские и Куракины – Гедиминовичи;

Морозовы, Салтыковы и Шеины – от Михаила Прушанина (вероятно, не пруссака, а новгородца с «Прусской улицы»);

Шереметевы – однородцы Романовых от Андрея Кобылы;

Бутурлины и Пушкины – от Радши (вероятно – новгородца, возможно немецкого или сербского происхождения);

Измайловы – от черниговца Ивана Шаина;

Плещеевы – от черниговца Федора Бяконта;

Милославские и Стрешневы – потомки выходцев из Литвы, возвысившиеся благодаря царским бракам;

Происхождение Сукиных мне неизвестно, они выплывают в середине 15 века;

Черкасские – кабардинцы, возводили себя к египетским султанам.

Таким образом, из всего списка оказывается только один настоящий крымский Чингизид – татарин Урусов.

Из Чингизидов, которым к 17 веку удалось пробраться ближе к центру московской политической системы, можно еще вспомнить князей Мещерских и рано угасших Сулешовых.

Татарское происхождение князей Глинских сомнительно, во всяком случае, они не Чингизиды, и к власти присосались только брачным путем, да и то - ненадолго. Юсуповы начинают подниматься незадолго до Петра, а всякая мелочь вроде Аракчеевых, Карамзиных и разных прочих Уваровых начинает свой разбег уже в Петербурге.

И напоследок.
Если я прав, то существует следующее мнение: "Московский улус как полноправный участник вышел победителем в межулусных разборках и схватке за золотоордынское наследство".
Так вот, не была Москва полноправным игроком на ордынском поле. По одной простой, но исключительно важной причине – московские князья и цари не были по крови Чингизидами. А, значит, никаких законных прав на власть в Орде не имели. И все татарские правители вплоть до 18 века это прекрасно понимали. И сами московиты понимали не хуже. Котошихин прямо пишет, что Казанским, Астраханским, Сибирским и прочими татарскими царствами московские князья овладели не по каким-то правам, а путем завоевания:

Великий князь Иван Васильевичь Московский, Гордый, со многими своими князи и з боляры, ходил войною со многими войски под Казанское, и Астараханское, и Сибирское царствы; и Божиим изволением, пленил тех царств царей, сь их государствы и з землями, и поселил в тех государствах и землях многих людей, християн, для укрепления.

Россия возникает не как наследница Орды, а как ее антитеза. Точно так же, как минский Китай стал антитезой монгольской Юань.

То есть, простыми словами говоря, Москва стала преемником и наследником Золотой Орды в той мере, в которой Османская империя стала преемником Византийской.

Вот такой вот .. "переезд".

Автор: [livejournal.com profile] cancellarius
Существует мнение о том, что собор Василия Блаженного - это символ переезда Орды в Москву и эти "головки" плыли аж из Казани :)
То есть, как бы утверждается то, что луковичная форма обязана своим происхождением или исламу или Алтын-Орде. Или несколько в иных вариантах ...

Открываем С.В.Заграевского "Формы глав (купольных покрытий) древнерусских храмов":

…В соответствии с собранной статистикой по древнерусским иконам, фрескам, миниатюрам и произведениям декоративно-прикладного искусства (в дальнейшем будем обобщенно называть их изображениями) XI–начала XVII века (см. разделы 1–7 Приложения), луковичные главы изображены в нижеследующей пропорции относительно остальных типов купольных покрытий:
– изображения домонгольского времени: 18 %;
– изображения второй половины XIII века: 100 %;
– изображения XIV века: 82 %;
– изображения XV века: 84 %;
– изображения XVI века: 94 %;
– изображения рубежа XVI и XVII веков: 100 %.

И далее:

Более чем сомнительным представляется заимствование луковичной формы глав древнерусских храмов из мусульманского мира. В XV веке на Востоке широко распространились каменные купола формы, близкой к луковичной (мавзолей Гур-Эмир в Самарканде, начало XV века, рис. 7; мечеть Калян в Бухаре, XV век; мавзолей Казы-заде-Руми в Самарканде, 1430-е годы; и мн. др.), и в рамках стереотипа, относившегося к появлению луковичных глав на Руси в конце XVI века, о «восточных влияниях» можно было хотя бы спорить. Но поскольку, как мы показали в п. 2, на Руси луковичные главы в массовом порядке возводились уже в XIII веке (а возможно, и ранее), ни о каком влиянии мусульманского Востока речь идти не может: куполов (а тем более декоративных купольных покрытий) луковичной формы там не было ни в это время, ни ранее.

Известны единичные примеры ранних мусульманских каменных куполов, форма которых визуально приближается к луковичной (Мечеть Скалы в Иерусалиме, VII век, рис. 8; мечеть Сиди Окба в Кайруане, Тунис, X век; мавзолей Аш-Шафия в Каире, 1212 год; мавзолеи XI–XII веков в Асуане и др.). В частности, И.А.Бондаренко привлекал в качестве возможного прообраза древнерусских луковичных глав именно Мечеть Скалы, которую крестоносцы называли «Храмом» или «Святая Святых»3

Но такие завершения ни формально, ни фактически нельзя назвать луковичными: это высокие купольные своды, основания которых являются продолжениями барабанов (рис. 937). Верхняя часть этих сводов не имеет килевидного изгиба, характерного для древнерусских луковичных глав. Визуальный эффект «луковичности» в них создается лишь за счет распора верхней части барабанов куполами и разницы в цвете между посводным покрытием куполов и облицовкой барабанов (к примеру, яркий, блестящий и однородный цвет посводного покрытия купола Мечети Скалы визуально увеличивает его по сравнению с тусклым орнаментированным барабаном – см. рис.

Этого недостаточно для того, чтобы признать влияние купола Мечети Скалы (как и других раннемусульманских храмов с подобным завершением) на генезис луковичных глав в Древней Руси, где мы не видим никаких переходных этапов: уже в XIII веке, с самого начала существования таких глав, у них была своя собственная, абсолютно уникальная, форма, характеризующаяся килевидным верхом и существенно большим диаметром глав по сравнению с диаметром барабанов (см. раздел 2 статистического иллюстративного материала, рис. С-4, С-5, С-6). Эти базовые черты древнерусских луковичных глав в Мечети Скалы отсутствуют.

То есть, говоря просто - луковичные главы появляются на Руси ДО монголов и с мусульманской архитектурой не связаны.
Для наглядности пример луковичной главы на иллюстрации к галицкой рукописи 1164 г.:

Ну и добью, сей Покровский собор (он же Храм Василия Блаженного, он же Собор Покрова-на-Рву) был белым, и раскрасили его только в конце 17 века.

Про сам переезд в другой статье.

P.S. И на окончательную засыпку :)
1. Собор Василия блаженного построен из кирпича, который на Руси не делали. Из такого кирпича строили в Италии.

2. Он же повторяет планировку Итальянских соборов, например Собора Петра И Павла в Риме.

3. «В Покровском соборе нет ничего такого, чего бы не существовало в европейской или русской архитектуре,– поясняет А.Л. Баталов.– Сами формы столпообразных и шатровых храмов к 1555 году были хорошо известны, первым примером такого рода является церковь Вознесения в Коломенском 1532 года. Многие историки архитектуры видели в общей композиции собора влияние центрических храмов эпохи Возрождения».

Установлена связь композиции Покровского собора с системой центрического купольного здания Леонардо да Винчи.
Вопросы [livejournal.com profile] olivertwister академику Кадырову:

У меня к вам очень острый вопрос,г-н Кадыров. Ваши соплеменники приезжают в Москву и другие российские города, приезжают с оружием,грабят, стреляют и "выходят сухими из воды". В этой связи:
1. Не кажется ли Вам несправедливым, что невайнахи безоружны и не могут ответить вайнахам(и не вайнахам тоже) на выстрел выстрелом, на грабеж - вооруженным отпором, на убийство - вооруженной кровной местью, ведь вайнахам Путин де факто разрешил ношение и применение огнестрела, а у невайнахов ни в Ичкерии, ни в России оружия нет и не будет - Путин запретил;оружие только у силовиков, ОПГ и "органов", остальные должны терпеть все?
2. Не кажется ли Вам, что по всей РФ следует разрешить не только огнестрел, но и дуэли - потому, что суды развалены и работают за "занос", МВД работает тоже за "занос" и справедливости добиться нельзя, а без оружия нельзя защититься?Ведь первый признак свободного человека - наличие оружия, так было в Европе, так было на Кавказе. Или невайнахи, на Ваш взгляд,оружия недостойны и являются рабами? Кого - Путина и вайнахов?
3. Я понимаю опасность таких вопросов к Вам и то, что Ваши боевики могут ко мне вломиться и убить. Но является ли доблестью для воина расправа с заведомо безоружным?
4.Говорят, что один раз вы сказали - первого своего русского я убил в 16 лет. Если это так, то Вы воевали против федералов. Но если это так, то не является ли переход к тем же федералам от Масхадова предательством? Давали ли вы какую нибудь клятву Дудаеву, Яндарбиеву или Масхадову?
Если ответите, будет хорошо.


Ответ академика Кадырова:

1. Не выдумывайте про "де факто"
2. Не кажется. Оружие - зло. Оно стреляет. Все должно быть по закону - разрешение, документы и т.д.
3. Не является.
4. "Говорят" , не значит что говорил. Предательством не является. Я был с народом, а не с ними. А народ ответил на референдуме


Это говорит глава Чеченской республики, на территории которой не действуют австрийские законы, который ездит с золотым пистолетом и объясняет бюджетную политику фразой „Деньги дает Аллах“.

Удав по прозвищу Каадыров гипнотизирует бандерлогов: ОРУЖИЕ - ЗЛО - ОНО СТРЕЛЯЕТ ! ОРУЖИЕ - ЗЛО - ОНО СТРЕЛЯЕТ !! ОРУЖИЕ - ЗЛО - ОНО СТРЕЛЯЕТ !!!

Существует .. хм .. мнение некоторых о том, что двуглавый орёл Московии-Российской империи есть наследие Золотой Орды и являлся золотоордынским государственным гербом.

Поскольку герб, как правило, ассоциируется с государственной печатью, то данное мнение является глубоко ошибочным ввиду того, что:
1. К настоящему времени не сохранилось в подлиннике ни одного официального документа (ярлыка) с печатью Узбека, Джанибека или Азиз-шейха.
2. Сохранилось очень мало ярлыков с печатью улуса Джучи (семь ярлыков разных ханов русским митрополитам и несколько ярлыков литовским и западно-русским князьям). Ни на одном из сохранившихся ярлыков не изображён двуглавый орёл.

Поэтому большинство профессиональных историков не считает двуглавого орла гербом Золотой Орды.

Тогда как ещё до брака Ивана III с Софией Палеолог двуглавый орёл как символ был распространён преимущественно в Европе:
1. Герб Перемышльского княжества с 1031 по 1124:


Герб Перемышльской земли, миниатюра из "Statuta Laskiego" короля Польши Александра Ягеллончика, 1506 год:
02


2. Герб Черниговского княжества с 1024 по 1401 годы:

Кстати, становится понятной позиция геральдистов Речи Посполитой, которые в XVII в. утверждали, что двуглавый черный орел – древняя эмблема Черниговской земли, на основании чего польский сейм в 1633 г. утвердил герб Черниговского воеводства. Им стал черный двуглавый орел с распущенными крыльями под королевской короной и вензелем королевича Владислава на груди.

Герб герцогства Красной Руси (Черниговского княжества) из гербовника Виргиля Золиса, 1555 год:
03


3. Герб династии Неманичей, правившей Сербией с 1170 по 1371 годы.

Также двуглавый орёл наличествует на гербах Лазаревичей, Обреновичей, Карагеорговичей, Черноевичей и т.д.

4. С 13 века появляется на монетах Людвига Баварского (1330) и гербах бургграфов Вюрцбургских и графов Савойских.

5. Герб Священной Римской империи с 1400 года:

Вследствие чего двуглавый орёл появился на гербах многих городов как Германии (например, Любека, что на юге Шлезвиг-Голштинской земли), так и Нидерландов, Чехии, Хорватии и даже Испании (через династию Габсбургов). Не говоря уж и про Австро-Венгерскую "наследницу".


6. Герб Ruthenia (Галицко-Волынское княжество) из "Хроники Констанцского собора" Ульриха фон Рихенталя, 1416 год:
01


7. И только потом уж Московского княжества->Российской империи с 1472 года. Первое достоверное свидетельство использования двуглавого орла в качестве государственной эмблемы является печать, скрепившая в 1497 году его грамоту на земельные владения удельных князей. Тогда же изображения позолоченного двуглавого орла на красном поле появились на стенах Грановитой палаты в Кремле.


Печать Ивана III, 1497 год



Печать Ивана IV, 1539


Вернёмся к евразийской гипотезе.
Что весьма характерно, существует логическая ошибка в рассуждениях любителей теории "Московия = улус Орды" (по фразочке "Это ж золотоордынская византийщина !!!"):
1. Династия Палеологов - последняя династия, правившая Византией ДО взятия взятия Константинополя турками в 1453. После взятия они переселились в Италию (не сразу).
2. У Турции такого герба не существовало и нет до сих пор.
То есть, герб в Алтын-Орду через Турцию попасть никак не мог.

Единственное предположение, которое тянет более-менее на предположение - герб попал в Золотую Орду через брак Ногая (беклярибек самого западного улуса) с внебрачной дочерью Михаила Палеолога Ефросинией в 1273 году. Но:
1. Он был сыном Татара (Тутара), внуком Бувала (Тевала), седьмого сына Джучи. Однако только пять сыновей Джучи были законными, а потомки остальных не могли претендовать на ханскую власть, что относится и к Ногаю (имперский востоковед Веселовский Н. И.)
2. Он был не ханом, а всего лишь беклярбеком, то есть, управляющим областью.
3. Около 1291 года, когда сила Ногая пользовалась уже всеобщим признанием, он возвёл на золотоордынский престол Тохту, сына Менгу-Тимура (А почему не себя ? Потому что он не хан).

Вопрос: каким образом предполагаемый золотоордынский(?) герб с двуглавым орлом, принадлежащий в лучшем случае какому-то управляющему (не хану !) самой западной области, стал гербом аж цельной Алтын-Орды ?
Этого просто не могло быть в принципе.
Поскольку противоречит всему: логике, династийным законам и самой Ясе включительно.

Золотоордынского герба с двуглавым орлом никогда не существовало.

Скифы

Mar. 16th, 2013 07:39 pm
Существует мнение некоторых альтернативно одарённых личностей о том, что:
- скифы были монголоидами (с лёгкой руки поэта Блока)
- скифы и сарматы - фантазии и, на самом деле, они не существовали никогда
- скифы были тюрками
...
Ничего подобного.
Read more... )
Сей аккаунт был создан исключительно для связи с интересными и нужными мне людьми, так как анонимов никто не любит по вполне обоснованным причинам. Также для коллекционирования всевозможных евразийских мифов и перепечаток статей по настоящей истории Древней Руси.
Page generated Sep. 22nd, 2017 10:25 pm
Powered by Dreamwidth Studios